Дочь Кексгольмского полка
Зимой 1878 года заканчивалась очередная русско-турецкая война за освобождение Болгарии. Турки терпели поражение и отступали к Константинополю. В это же время вышедшие из-под контроля башибузуки, воспользовавшись хаосом войны, начали грабить и убивать мирных жителей.

На пути русских солдат горели деревни, стонали раненые и замерзающие люди. 24 января 1878 года, у деревни Курчешма, сердце гренадера Кексгольмского полка дрогнуло. Это произошло прямо на марше. Заметив у обочины умирающую женщину, тянувшую солдатам копошащийся сверток ткани, рядовой Михаил Саенко выбежал из строя и забрал его.

Свёрток оказался девочкой Айше. Её левая рука была рассечена ножом. На ходу солдаты перевязали рану и по очереди несли ребёнка на руках. От начала до конца колонны, каждый хотел перехватить драгоценную ношу и улыбался неожиданной радости. Бойцы, до того шедшие понуро, ободрились.

На ближайшей стоянке гренадеры доложили о находке командованию. На офицерском совете было решено девочку оставить в полку. Так, в одночасье, Айше приобрела сразу 1200 членов семьи.

Крещенная турчанка
На самом деле, изначально девочку хотели передать какой-нибудь местной турецкой семье. Однако кексгольмцы к ребенку быстро привязались. После войны ребенка забрали с собой в Варшаву – место постоянной дислокации.

Айше крестили и придумали новое имя – Мария. Фамилию дал полк (Кегсгольмский – от крепости Кексгольм, ныне город Приозёрск), а отчество – крёстный отец, поручик Константин Коновалов. Он был самым молодым, а потому мог дольше всех опекать ребенка.

Из офицеров учредили опекунский совет с фондом на содержание. Теперь каждый из них отчислял Марии «приданое» по 1% со своего жалования и 10% с каждой наградной суммы. Не захотели остаться в стороне и нижние чины. Рядовые жертвовали с жалования по 1 копейке и по 10 копеек с каждого выигрыша в карточной игре.

В будущем, к своему совершеннолетию, Мария получила 12,5 тысяч рублей – 10 годовых жалований полковника!

Святая из святых
На этом забота кексгольмцев не закончилась. Командир полка генерал-майор В. Ф. Панютин приютил Марию в своём доме и похлопотал перед императором Александром II о зачислении дочери в Варшавский институт благородных девиц.

Как писали современники, все успехи ученицы вывешивались на офицерском собрании, а каждое воскресенье кто-нибудь из кексгольмцев обязательно приезжал с гостинцами и цветами. Сама девочка своей фамилией очень дорожила.

Мемуаристы вспоминали, что когда подруги склоняли её к проказам, она отвечала: «Вам девочки всё равно, мать поругает и забудет, а мне надо беречь имя всего полка». За спокойный характер и усердие в учебе Марию называли святой из святых.

Конец сказке пришёл вместе с революцией
В 1890 году Мария закончила институт, а в 1892 году вышла замуж за корнета Александра Шлеммера, кавалериста 33-го из соседнего Изюмского полка. У семьи Шлеммеров родилось двое сыновей, которые также были зачислены в Кексгольмский полк.

Тихое семейное счастье разрушила Первая Мировая, а затем Гражданская война. Мария, работая сестрой милосердия, заразилась туберкулезом. Добавились и другие скорби. В бою с красноармейцами погиб старший сын.

Мария Кексгольмская скончалась в августе 1920 года от чахотки. В ноябре был расстрелян её муж Александр. Спастись удалось только младшему сыну Георгию, который уехал в Германию.